Еврейский фольклор: от истоков сквозь века - OXFORDST.RU

Еврейский фольклор: от истоков сквозь века

Bestiary.us

Быстрый переход

  • Городские легенды Cовременная разновидность мифов, как правило, короткие, и, на первый взгляд, правдоподобные (хотя обычно не соответствующие действи­тельности) истории, опирающиеся на современную техническую и общественную реальность, обычно затрагивающие глубинные проблемы и страхи современного общества.
  • Портал им.Киплинга Собрание сказок, поэтически объясняющих происхождение той или иной особенности животных, например «откуда у верблюда горб», «почему у слона длинный хобот», или «с чего б это вдруг кошки и собаки не дружат».
  • Транслятор имен Здесь у Вас есть уникальная возможность узнать, как могло бы звучать Ваше имя на языках различных вымышленных рас. При этом результат имеет смысловую нагрузку. Так к примеру, эльфийские имена собираются по грамматическим правилам квэнья и других эльфийских языков исходя из значения Вашего настоящего имени.
  • Unread
    • Latest Updates
    • Newest art
  • Encyclopedia
    • Alphabetical Index
    • Full list of articles
  • Gallery
    • Main gallery
    • Creatures galleries
    • Galleries by authors
    • Movie galleries
    • Games Galleries
    • Illustration geography
  • Library
    • Film collection
  • Tales and Legends
  • Hall of Fame
  • Forum
    • English speaking thread
  • Community
  • Calendar
  • Creatures Map
  • Непрочитанное
    • Последние обновления
    • Свежие статьи
    • Новые иллюстрации
  • Энциклопедия
    • Алфавитный указатель
    • Список статей
    • Культуро-географическая классификация существ
    • Классификация существ по ареалу обитания
  • Галерея
    • Общая галерея
    • Галереи существ
    • Галереи авторов
    • Галереи фильмов
    • Галереи игр
    • География иллюстраций
  • Сказки и легенды
  • Библиотека
    • Зал славы
    • Фильмотека
  • Сообщество
    • Сообщество ВКонтакте
    • Сообщество в Facebook
  • Порталы
    • Рождественский бестиарий
    • Белорусский бестиарий
    • Бестиарий «Ведьмака»
    • Бестиарий «Волчонка»
    • Городские легенды
    • Игра престолов
    • Мир Гарри Поттера
    • Мифы Ктулху
    • Сверхъестественное
    • Средиземье
    • Средневековые бестиарии
    • Японская мифология
  • Сервисы
    • Транслятор имен
    • Календарь
  • Карта
  • Форум

Еврейский фольклор

в иудейской магической традиции и византийской демонологии зловредный демон женского пола, насылающий различные болезни

в еврейском фольклоре ведьма-оборотень, сосущая из людей кровь

в еврейской мифологии (а в последствии и в fantasy) искусственный человек, как правило созданный из глины и оживлённый с помощью тайных знаний

в ряде культур нематериальная копия человека

злой дух в еврейских народных поверьях, который вселяется в человека, причиняет душевный недуг, говорит устами своей жертвы, но не сливается с жертвой

в еврейском фольклоре гигантская птица, столь огромная, что способна крыльями заслонить солнце

в еврейском фольклоре мелкая нечисть, то ли домовые, то ли бесенята; серьезного вреда не причиняют, но склонны к озорству

в преданиях Древнего Востока и в Библии гигантское морское чудовище

в еврейском фольклоре огромная рыба, спутница Левиафана

в еврейском фольклоре демон женского пола c птичьими ногами и клювом, убивающий маленьких детей

в белорусском и украинском фольклоре мифическое существо, похищающее маленьких детей и евреев независимо от возраста

черти в еврейской иудаистической мифологии, косматые существа с птичьими лапами

в еврейском фольклоре женщина-вампир и оборотень, питающаяся кровью, и которая умрёт, если человек увидит или ударит её во время нападения

жПМШЛМПТ Й ЬФОПЗТБЖЙС ЕЧТЕЕЧ

уФТХЛФХТБ Й УЕНБОФЙЛБ ЙДЙЫУЛПК ЧПМЫЕВОПК УЛБЪЛЙ П ЕЧТЕСИ: Л ЧПРТПУХ П ЕЧТЕКУЛЙИ ПУПВЕООПУФСИ ЕЧТЕКУЛПЗП ЖПМШЛМПТБ

рПЮЕНХ ЦЕ ЗЕТПК-ЕЧТЕК ОЕ ЦЕОЙФУС ОБ РТЙОГЕУУЕ? рЫЙФБ, ЬФП РТПУФП — ЗПЧПТЙФ ХЦЕ ГЙФЙТПЧБООЩК ТБЧЧЙО ЙЪ &laquoуЛБЪЛЙ П ЮЕФЩТЕИ ВТБФШСИ» — ДБ РПФПНХ, ЮФП ПО ЕЧТЕК, Б ПОБ — ОЕФ. оП ЧУЕ ЦЕ ОЕ УМЕДХЕФ ЪБВЩЧБФШ, ЮФП НЩ ЙНЕЕН ДЕМП УП УЛБЪЛПК, Б ОЕ У ТЕБМШОПУФША, ФТЕВХАЭЕК ЗБМБИЙЮЕУЛПЗП ТЕЫЕОЙС, ЛПФПТПЕ ФБЛ ОБУФПКЮЙЧП РТЕДМБЗБЕФ ОБЫ ТБЧЧЙО. ч УЛБЪЛЕ ЧУЕ НПЦЕФ ВЩФШ ЙОБЮЕ. (ЮЙФБФШ «уФТХЛФХТБ Й УЕНБОФЙЛБ ЙДЙЫУЛПК ЧПМЫЕВОПК УЛБЪЛЙ. «)

жХОЛГЙЙ ВЙВМЕКУЛПЗП ФЕЛУФБ Ч ЕЧТЕКУЛПК ОБТПДОПК РШЕУЕ «зПМЙБУ-ЫРЙМ»

. ТЕЮШ РПКДЕФ П РХТЙН-ЫРЙМБИ — ФБЛ ОБЪЩЧБЕФУС ОБТПДОЩК ДТБНБФЙЮЕУЛЙК ЦБОТ, ЧПЪОЙЛЫЙК Х БЫЛЕОБЪУЛЙИ ЕЧТЕЕЧ ОЕ РПЪДОЕЕ XVI Ч. Й УХЭЕУФЧХАЭЙК ДП УЙИ РПТ (ЮЙФБФШ «жХОЛГЙЙ ВЙВМЕКУЛПЗП ФЕЛУФБ. «)

мЕЗЕОДБ П ДПВТПН ТБЧЧЙОЕ (ЗХНБОЙУФЙЮЕУЛБС ЙДЕПМПЗЙС Ч ЕЧТЕКУЛЙИ ТЕМЙЗЙПЪОЩИ РТБЛФЙЛБИ)

«ч ЛБОХО кПН лЙРРХТБ Ч ФПФ ЗПД ПО РПЧЕМЕМ ОБЛМЕЙФШ ОБ ДЧЕТЙ ЧУЕИ ЗПТПДУЛЙИ УЙОБЗПЗ ПВЯСЧМЕОЙС, РТЙЪЩЧБАЭЙЕ ЧУЕИ РПУФСЭЙИУС Ч кПН лЙРРХТ УПЛТБФЙФШ НПМЙФЧЩ Й ВПМШЫЕ ЧТЕНЕОЙ РТПЧПДЙФШ ОБ ЧПЪДХИЕ. б Ч УБН кПН лЙРРХТ РПУМЕ ПЛПОЮБОЙС ХФТЕООЕК НПМЙФЧЩ ТБВВЙ йУТБЬМШ РПДОСМУС ОБ ВЙНХ, ДЕТЦБ Ч ТХЛБИ ЛХУПЮЕЛ ЛПЧТЙЦЛЙ (МЕЛБИ), РТПЙЪОЕУ ВМБЗПУМПЧЕОЙЕ ОБ РЙЭХ Й УЯЕМ ЕЗП ОБ ЗМБЪБИ Х ЧУЕЗП ОБТПДБ. » (ЮЙФБФШ «мЕЗЕОДХ П ДПВТПН ТБЧЧЙОЕ»)

тБВЙ йУТПЬМШ уБМБОФЕТ, зБУЛБМБ Й «ФЕПТЙС УЕЛХМСТЙЪБГЙЙ»: БОБМЙЪ Ч ЖПМШЛМПТЙУФЙЮЕУЛПК РЕТУРЕЛФЙЧЕ

реЧТЕКУФЧХ, ЛПФПТПЕ ПФОЩОЕ НЩУМЙМП УЕВС ТБЪДЕМЕООЩН, ОХЦОЩ ВЩМЙ ОПЧЩЕ ТБЧЧЙОЩ — ИТБОЙФЕМЙ Й ЪБЭЙФОЙЛЙ «УФБТЙОЩ», ОЕ ЮХЦДЩЕ Ч ФП ЦЕ ЧТЕНС УЧЕФУЛЙН ЙОФЕТЕУБН «ОПЧЩИ» ЕЧТЕЕЧ. йНЕООП ФБЛЙЕ ЮЕТФЩ РТЙРЙУЩЧБАФУС Т. йУТПЬМА уБМБОФЕТХ Ч НОПЗПЮЙУМЕОЩИ МЕЗЕОДБИ, УМПЦЙЧЫЙИУС Ч ЛПОГЕ XIX Ч. Й ЪБЖЙЛУЙТПЧБООЩИ Ч НБУЛЙМШУЛПК, ТЕМЙЗЙПЪОПК, Б ЪБФЕН Й Ч ОБХЮОПК МЙФЕТБФХТЕ. жПМШЛМПТЙУФЙЮЕУЛЙК БОБМЙЪ ЬФЙИ МЕЗЕОД РПЪЧПМСЕФ ХЧЙДЕФШ Ч ОЙИ ОБТТБФЙЧОПЕ РТЕПДПМЕОЙЕ ТБУЛПМБ ЕЧТЕКУФЧБ ОБ «УФБТПЕ» Й «ОПЧПЕ», ЙММАЪПТОПЕ ЧПУУФБОПЧМЕОЙЕ ВЩМПЗП ЕДЙОУФЧБ (ЮЙФБФШ «тБВЙ йУТПЬМШ уБМБОФЕТ. «)

иБУЙДУЛЙЕ ТБУУЛБЪЩ ЙЪ УПВТБОЙС ТБЧБ ы.к. ъЕЧЙОБ (РЕТЕЧПД У ЙЧТЙФБ)

пДЙО ДЕТЕЧЕОУЛЙК ЕЧТЕК, Х ЛПФПТПЗП ОЕ ВЩМП ДЕФЕК, РПЕИБМ ЧНЕУФЕ У ЦЕОПК Л УЧСФПНХ НБЗЙДХ ЙЪ лПЪЙОГБ РТПУЙФШ ЕЗП, ЮФПВЩ ПО НПМЙМУС ЧНЕУФЕ У ОЙНЙ Й ВМБЗПУМПЧЙМ ЙИ ДМС ПВЪБЧЕДЕОЙС РПФПНУФЧПН. уЧСФПК НБЗЙД ВМБЗПУМПЧЙМ ЙИ, Й ЕЗП ВМБЗПУМПЧЕОЙЕ РПДЕКУФЧПЧБМП: ЦЕОЭЙОБ ТПДЙМБ УЩОБ. (ЮЙФБФШ «иБУЙДУЛЙЕ ТБУУЛБЪЩ»)

ыФЕФМ Ч XXI ЧЕЛЕ Й ЬФОПЗТБЖЙС РПУФУПЧЕФУЛПЗП ЕЧТЕКУФЧБ (РТЕДЙУМПЧЙЕ Л УВПТОЙЛХ «ыФЕФМ, XXI ЧЕЛ: рПМЕЧЩЕ ЙУУМЕДПЧБОЙС»)

уМПЧП ЫФЕФМ, РТЕЦДЕ ЮЕН РПРБУФШ ОБ ПВМПЦЛХ ЬФПК ЛОЙЗЙ, РТПДЕМБМП ДПМЗЙК РХФШ У ЪБРБДОЩИ ПЛТБЙО тПУУЙКУЛПК ЙНРЕТЙЙ Ч бНЕТЙЛХ — Й ПВТБФОП, Ч УПЧТЕНЕООХА тПУУЙА. ч ЙДЙЫЕ, СЪЩЛЕ ЕЧТЕЕЧ чПУФПЮОПК еЧТПРЩ, ПОП ПЪОБЮБМП РТПУФП ЗПТПДПЛ; Ч УПЧТЕНЕООПН БОЗМЙКУЛПН, Б ЪБФЕН Й Ч ДТХЗЙИ СЪЩЛБИ ПОП УФБМП ЗМБЧОЩН УЙНЧПМПН ХФТБЮЕООПЗП НЙТБ ЧПУФПЮОП-ЕЧТПРЕКУЛПЗП ЕЧТЕКУФЧБ — Й ОБХЮОЩН ФЕТНЙОПН (ЮЙФБФШ «ыФЕФМ Ч XXI ЧЕЛЕ Й ЬФОПЗТБЖЙС РПУФУПЧЕФУЛПЗП ЕЧТЕКУФЧБ»)

нЕЦЬФОЙЮЕУЛЙЕ ПФОПЫЕОЙС: ХЗПЭЕОЙЕ НБГПК Й «ЛТПЧБЧЩК ОБЧЕФ»

нБГБ – ЬФП ПЮЕОШ РТПУФПЕ ЛХМЙОБТОПЕ ЙЪДЕМЙЕ, Ч УПУФБЧ ЛПФПТПЗП ЧИПДСФ МЙЫШ НХЛБ Й ЧПДБ. пДОБЛП ЕЕ ЧЛХУ ПРТЕДЕМСЕФУС, ПЮЕЧЙДОП, ОЕ ФПМШЛП ЬФЙНЙ ЙОЗТЕДЙЕОФБНЙ, ОП Й ЛХМШФХТПК, Ч ЛПФПТПК НБГБ ЙЗТБЕФ ТПМШ ЙОДЙЛБФПТБ НЕЦЬФОЙЮЕУЛЙИ ПФОПЫЕОЙК. йНЕООП ЬФЙ ПФОПЫЕОЙС РТЙДБАФ НБГЕ Й РТЙЗПФПЧМЕООЩН ЙЪ ОЕЕ ВМАДБН ОЕРПЧФПТЙНЩК ЧЛХУ, П ЛПФПТПН МАВСФ ТБУУЛБЪЩЧБФШ ЦЙФЕМЙ фХМШЮЙОБ (ЮЙФБФШ РТП ХЗПЭЕОЙЕ НБГПК)

фЕЛУФЩ У ЧЩУФБЧЛЙ «тБЪЗПЧПТЩ ОБ ХМЙГЕ мЕОЙОБ: ЕЧТЕКУЛЙК фХМШЮЙО Ч РПМЕЧЩИ ЪБРЙУСИ 2005-2006 ЗПДПЧ»

ч ЗПТПДЕ фХМШЮЙОЕ, ТБКПООПН ГЕОФТЕ чЙООЙГЛПК ПВМБУФЙ, ЕУФШ ДЧПТЕГ рПФПГЛПЗП, РБНСФОЙЛ уХЧПТПЧХ, ДПН рЕУФЕМС, ПВХЧОБС ЖБВТЙЛБ Й ЕЧТЕЙ. чРТПЮЕН, ДПН рЕУФЕМС ОЕДБЧОП, ЗПЧПТСФ, ТБЪЧБМЙМУС. лПЗДБ-ФП Й ЕЧТЕЕЧ ЪДЕУШ ВЩМП НОПЗП, Б УЕКЮБУ, ЗПЧПТСФ, ПУФБМПУШ ПЛПМП ДЧХИУПФ. лПЗДБ-ФП фХМШЮЙО ВЩМ ПДОПК ЙЪ УФПМЙГ ИБУЙДЙЪНБ, ТЕЪЙДЕОГЙЕК ЪОБНЕОЙФЩИ ГБДЙЛПЧ. уЕЗПДОС ЬФП ПДЙО ЙЪ ОЕНОПЗЙИ ВЩЧЫЙИ ЫФЕФМПЧ, ЗДЕ ЕЧТЕЙ РТПДПМЦБАФ ЦЙФШ (ЮЙФБФШ «фЕЛУФЩ У ЧЩУФБЧЛЙ»)

зПМПУБ ЕЧТЕКУЛПЗП НЕУФЕЮЛБ: БХДЙПЬЛУРПЪЙГЙС «тБЪЗПЧПТЩ ОБ ХМЙГЕ мЕОЙОБ»

фЕНЩ ТБЪЗПЧПТПЧ: «фБЛБС ЧПФ лБРГБОПЧЛБ», «рТЙМЙЮОЩЕ МАДЙ: ЙИЕУ», «фБЛБС ЧПФ лБРГБОПЧЛБ», «рТПЖЕУУЙЙ ЕЧТЕКУЛПЗП НЕУФЕЮЛБ», «оБУФПСЭБС ЕЧТЕКУЛБС УЧБДШВБ», «нЕЦЬФОЙЮЕУЛЙЕ ПФОПЫЕОЙС: ХЗПЭЕОЙЕ НБГПК», (УМХЫБФШ ЗПМПУБ ЕЧТЕКУЛПЗП НЕУФЕЮЛБ)

Виртуальный музей

«Каждый народ — золотой фонд России»

  • Главная
  • /
  • Народы России
  • / еврейский фольклор

еврейский фольклор

Еврейские сказки

В еврейском повествовательном фольклоре имеются все жанры и мотивы, встречающиеся в фольклоре других народов. Точно так же здесь присутствуют ведьмы, черти, колдуны, домовые и прочая нечисть.

Кроме традиционных мотивов, еврейские сказки наполнены прямыми заимствованиями из фольклора окружающих народов (польских, немецких, украинских, белорусских, литовских сказок). Большинство заимствований в них было адаптировано. Так, крестьянские сыновья становились сыновьями раввинов (раввин — служитель культа в иудаизме . Это звание, которое присваивается еврейским ученым и духовным лидерам), герои сказок получали еврейские имена, и вместо Ивана-дурака в еврейской сказке фигурировал Шимон или Рувен.

В еврейской сказке имеются не только заимствования и адаптации. Есть и такие сказки, которые основаны на фрагментах Талмуда. Многие еврейские сказки пронизаны прямыми и скрытыми цитатами из Библии и Талмуда, даже логика развития сюжета соответствует библейской и талмудической.

По мнению фольклористов еврейская сказка представляет собой совмещение сказочного сюжета (заимствованного в фольклоре других народов) с еврейской системой ценностей.

Особый интерес представляют истории о Гершеле Острополере, одном из самых популярных персонажей еврейского фольклора. Герш (уменьшительное – Гершеле) из Острополя (1757-1811 гг.) – один из главных героев еврейского фольклора. По популярности он делит первое место с Ильей-пророком, иногда даже эти образы парадоксально сливаются. Гершеле очень похож на Уленшпигеля (немецкие сказки) и Насреддина (восточные сказки). Его образ весьма разносторонний, но всегда Герш – хитрец, обманщик и бедняк. Ему приписываются истории, происходившие с другими.

Герш по профессии был шойхетом, то есть – резником, который осуществляет забой скота и птицы согласно еврейскому диетарному закону (диетарные законы Торы, предполагающие благотворное влияние кошерного питания на здоровье). Однако, шойхетом он был недолго и, в конце концов, стал бродягой. За остроумие Гершеле был взят придворным шутом ко двору ребе Боруха из Тульчина. Взаимоотношения ребе Боруха и Гершеле стали предметом множества анекдотов. Предание утверждает, что за злые насмешки над цадиком (цадик – праведник), хасиды (хасид – благочестивый) однажды столкнули Гершеле с лестницы, и он умер от полученных ран.

В еврейском фольклоре достаточно персонажей, истории о которых также интересны. Но их популярность, по сравнению с Гершеле несколько ниже.

Детская сказка о Женихе-медведе

Жил-был один богач. Всего у него было в достатке: магазинов, домов, денег. Не было только одного — детей. И вот поехал он однажды к цадику и стал просить, чтобы вымолил цадик у Бога для него хотя бы одного ребенка. Сказал ему цадик:

— Поезжай домой, через год жена родит тебе сына, но смотри, чтобы во главе стола на пиру в честь обрезания сидел бедняк.

Так и случилось. Через год жена богача родила, но про свое обещание богач позабыл. И вот во главе стола усадили одних богачей. Вдруг заходит в дом какой-то бедняк (а этим бедняком был сам Илья-пророк), усаживают его около дверей. Говорит бедняк:

— Не хочу сидеть у дверей, хочу сидеть во главе стола. Но богач только посмеялся его словам. Тогда бедняк попросил Роженицу усадить его во главе стола, но и она посмеялась над ним. Тут незнакомец покинул пир, но, уходя, написал на двери мелом: » Раcти, Береле». Сколько потом ни терли, ни скребли и ни смывали эту надпись — ничего не помогло.

Стал ребенок расти, и видят родители, что постепенно все его тело зарастает волосом, что чем дальше, тем больше превращается их сын в медвежонка. Тут только вспомнили они надпись, что когда-то оставил на двери бедняк — «Расти, Береле».

Едва ребенку исполнилось десять лет, он убежал в лес. Прошло три года. Пришел срок бармицвы. Вдруг в доме богач появился медведь и оставил записку, чтоб купили ему тфилин. Снова богач поехал к цадику и спросил:

— Ребе, посоветуйте, как мне быть?

Велел ему цадик исполнять все просьбы сына-медведя.

Прошло пять лет. Вдруг в доме богача снова появился сын — медведь и снова оставил записку, а в записке сказано, что по закону юноше в восемнадцать лет надлежит жениться и поэтому сын-медведь требует, чтоб его женили.

Снова поехал богач к цадику: дескать, беда, ребе, посоветуйте, как быть!

Сказал цадик богачу так:

— Поезжай в город, зайди в самую крайнюю хату, что на берегу реки, попросись на ночлег, ничему, что там увидишь, не удивляйся, там найдешь невесту для сына.

Поехал богач в город, нашел хату у реки и попросился на ночлег. Хозяин-бедняк говорит, дескать, очень я беден, нет у меня даже хлеба на ужин.

— Ничего, — отвечает богач, — позволь мне угостить тебя, — и ставит на стол мясо, рыбу, хлеб, вино.

Сели за стол. Заметил богач, что половину угощения хозяин уносит со стола, но виду не подает. После трапезы спрашивает богач у хозяина:

Читайте также  Запись голоса на обычный петличный микрофон: получаем качественный звук нехитрыми способами

— Скажи, уважаемый, зачем и для кого ты унес пять тарелок с мясом и рыбой? Вздохнул хозяин:

— Есть у меня пять дочерей, но по бедности не могу я их ни одеть, ни обуть, вот и сидят они в дальней комнате, не в чем на люди показаться. Им-то и отнес я со стола мясо и рыбу.

Тогда богач послал купить платьев и, когда девушки оделись, зашел к ним и стал спрашивать, кто из них пойдет замуж за его сына-медведя. Четыре дочери отказались, но пятая, самая младшая, согласилась и уехала с богачом. Привез он девушку к себе в дом, усадил в отдельной комнате. Сидит она одна, вдруг отворилась дверь и входит медведь. Не успела девушка вскрикнуть от испуга, как медведь сбросил с себя шкуру и обернулся прекрасным юношей.

Рассказал он ей историю своего рождения и перерождения в медведя.

— Это, — говорит, — наказание за оскорбление, нанесенное моими отцом и матерью беднякам. Но теперь кончилось наказание, после женитьбы должен я оставить медвежье обличье снова принять образ человека. И это счастье принесла мне ты, моя дорогая невеста.

Сказал так жених-медведь и поцеловал свою суженую.

Через несколько дней сыграли свадьбу, и зажили молодые счастливо.

Сказка о двух грошах

Жил-был бедный еврей, такой бедный, что дома у него почти никогда не было ни хлеба, ни дров. Вот однажды зимой бедняк добыл два гроша, принес жене и говорит:

— Вот тебе два гроша, иди скорей купи дров. Жена обрадовалась, побежала на базар, но все просили за дрова много больше, чем у нее было. Только один крестьянин просил четыре гроша. Стала она умолять людей: одолжите мне два гроша, но никто не хотел одолжить бедной женщине эти гроши. Заплакала она, запричитала:

— Где это слыхано, чтобы из-за двух грошей насмерть замерзла целая семья?

Но никому до нее дела нет. Люди слушают и равнодушно проходят мимо.

Вдруг подходит к женщине старый-престарый еврей и спрашивает:

— Что ты так плачешь, женщина?

Рассказала она ему про свое горе.

Старый еврей (а это был не простой еврей, а сам Илья-пророк) вынул из кармана два гроша, протянул их ей и молча ушел.

Обрадовалась женщина, купила вязанку дров, принесла домой и рассказала мужу о том, что с ней произошло. Вместо того чтобы радоваться, муж очень рассердился на жену.

— Что ты наделала, бестолковая! — кричит. — Почему ты отпустила старика? Это, наверное, был Илья-пророк!

Побежали они на базар, искали-искали старого еврея, а его и след простыл.

Но оставил им Илья-пророк счастье. Дрова, купленные на его гроши, никогда не кончались.

Чем больше они брали от той вязанки, тем больше дров становилось в сарае. Они стали продавать лишние дрова, и чем больше продавали, тем больше прибавлялось, так что бедняки вскоре разбогатели.

Новое в блогах

Юрий Дайгин

Состоит в сообществах

  • —>Все о кино —>
  • —>За Израиль. Против террора. —>
  • —>Иудаизм: вчера, сегодня, завтра —>

Все 14

Еврейские сказки глазами сказочника

Я буду говорить о еврейских сказках не с точки зрения исследователя-фольклориста, а с позиции сказочника, каковым и являюсь. Именно поэтому я не стану использовать в этой статье сухое и, да простят меня учёные, довольно мёртвое выражение «еврейский фольклор». Ведь фольклор — это то, что изучают в университетах, вырезанный из жизненного контекста кусок мёртвой плоти. Бабушки рассказывают внукам сказки, а народ живёт мифами.

Очень трудно найти по-настоящему захватывающую или романтичную еврейскую сказку, еврейскую сказку с богатым и оригинальным сюжетом. Более того – трудно найти еврейскую сказку, темой которой будет любовь людей друг к другу (о любви к Б-гу – пожалуйста). Да никто особо и не пытался искать. Как правило, те, кто берётся рассуждать на эту тему, ограничиваются обзором лежащего на поверхности: подражательные средневековые сказки, где в известных сюжетах европейских и мусульманских стран просто «проставлены» еврейские имена, не слишком смешные и оригинальные сатирические истории про Гершеле Острополера (вообще не сказки, скорее анекдоты), хасидские «майсы» (что-то среднее между дзэновскими коанами и рассказами о святых)… В основном еврейские сказки нравоучительны, в них мало действия, особенно со стороны главных героев. Если остановиться в этом замкнутом круге, то вывод об отсутствии в еврейской сказке оригинального еврейского элемента напрашивается сам по себе.

Однако есть несколько сюжетов, которые никогда или почти никогда не обсуждаются. Вот они.

«Ужасное деяние Рабби Йосефа Дела Рейна» (средневековая сказка, известная в нескольких вариантах, соединённых в одно современным англоязычным сказочником Говардом Шварцем в его сборнике еврейских сказок, названном «Пещера Габриэля»).
В тихом пригороде Парижа купил дом странный и страшный человек, иностранец, толки о котором поползли по городу. Его настоящее имя было Рабби Йосеф Дела Рейна, каббалист и колдун. Ему служили демоны, в том числе помогала сама Лилит, поэтому его колдовская сила была огромна. Он путешествовал по свету, а демоны выполняли все его прихоти, принося ему всё, что он пожелает и откуда он пожелает. В том числе – самых прекрасных женщин, включая принцесс и королев. Королевой Франции в то время была прекрасная Дольфина, Йосеф пожелал её, и демоны ночь за ночью доставляли её к нему прямо с королевского ложа, несмотря на всю защиту придворных астрологов и королевскую охрану, утром возвращая на место. Придворные маги никак не могли найти, где живёт колдун. Через некоторое время волшебник после утоления страсти начал разговаривать с жертвой и рассказывать о себе. Он поведал ей, как много лет назад решил избавить мир от зла и, чтобы узнать, как это можно сделать, с помощью магических заклинаний и ритуалов заставил высших ангелов раскрыть ему секрет победы над злом. Затем он и пять его лучших учеников пустились в полный магических приключений путь через моря и горы, пока не пришли к старинным развалинам на горе Сеир в Святой Земле. Здесь они нашли двух ужасных чёрных собак – мужское и женское воплощения зла, демона Ашмодея и Лилит. Заклинаниями Рабби покорил их и надел на них исписанные Тайными Именами цепи и ошейники, лишающие демонов сил. И повел вместе с учениками к подножию горы, где Рабби должен был принести демонов в жертву своим волшебным ножом. Тут бы и пришло Божье Царство. Но демоны плакали, говоря, что они обессилены, и просили дать им что-нибудь поесть. Йосеф в конце концов сжалился и дал им понюхать ладана, чтобы подкрепить их силы. Демоны освободились от пут, поскольку это действие фактически могло трактоваться как жертва злу. Ашмодей убил учеников Йосефа, а его самого спасла Лилит, которой он понравился. С тех пор Йосеф стал чёрным колдуном под покровительством демонессы.

В одну из ночей после завершения рассказа, королева, по совету придворных астрологов, украла кубок из дома Йосефа и так они смогли его отыскать, но Лилит и теперь спасла мага. Он стал жить в пещере у берега моря и снова взялся за своё колдовство, на этот раз пожелав Елену Прекрасную. Но та явилась в образе скелета, пытающегося обнять мага, он кинулся в бегство и упал в пропасть.
Это великолепный сюжет, полный страсти, эмоций, приключений, мистики! Он построен на чисто еврейских мессианских и мистических идеях и ни в коем случае не является подражательным.

Вот ещё одна средневековая сказка (Германия, 13 век), изложенная упомянутым выше Говардом Шварцем (сборник «Тамбурин Мирьям»), рассказывающая о делах глубокой древности.

Это было ещё до Потопа. Два ангела, Азазель и Шемхазай, явились к Б-гу и стали жаловаться на грехи людские. Но Всевышний ответил им, что, живи они на Земле, – грешили бы не меньше. Но те спорили и хотели доказать обратное. Тогда Б-г спустил их на землю в виде двух прекрасных юношей. Они могли делать всё, что захотят, только два запрета наложил на них Б-г: учить людей колдовству и брать в жёны дочерей человеческих.

Ангелы под видом юношей странствовали по земле, творя великие чудеса с помощью своих колдовских знаний, прославились и были приглашены ко двору одного из самых великих царей того времени. У царя были две прекрасные дочери: Наама и Истахар. Ангелы сразу влюбились в них. Когда царь потребовал показать их силу, Шемхазай превратился в орла, улетел и вернулся с прекрасным цветком, который отдал Истахар. А Азазель сделал так, что стены дворца исчезли и все оказались в бурном море, чем напугал всех до смерти.

Царь решил отдать дочерей за могучих колдунов. Но в ту же ночь к Истахар явился во сне Пророк Элиягу и открыл ей, что юноши – это аногелы. Он также предостерёг её, что от союза ангела и смертной родятся злобные великаны и, чтобы очистить от них Землю, Всевышний будет вынужден вызвать Потоп. Если обе сестры выйдут замуж за ангелов – человечество погибнет. Если одна – спасётся одна семья и возродит род людской. Если обе сумеют удержаться от соблазна – придёт Мессия.
Наама не поверила рассказу сестры и посмеялась над ней, а та поверила своему сну, но не была уверена, что сможет устоять перед нечеловеческим обаянием своего суженного, Шемхазая. Но снова явился пророк и научил девушку, что делать.
Когда Истахар и Шемхазай в очередной раз остались наедине, она сказала, что открыла его тайну и расскажет о ней отцу, который не выдаст её за ангела. Тот испугался и упрашивал её этого не делать. Тогда Истахар стала просить, чтобы ангел научил её тайному Имени Бога, с помощью которого он сохраняет человеческий облик и творит чудеса. И Шемхазай не устоял. Узнав Имя, девушка произнесла его и стала звездой Истахар, свет которой напоминает людям о любви и добре.

Эта сказка очень мало обработана, но в ней есть большой потенциал, если подчеркнуть тему любви, магии и страсти. Она весьма красочна и может стать основой для кукольного спектакля или красивой анимации. Сюжет – типично еврейский-апокалиптический.

Некоторые еврейские сказки рассказывают о сложных взаимоотношениях людей и духов. Тут надо сказать, что знаменитая пьеса Ан-ского (Раппопорта) «Диббук» — это несколько сплавленных вместе народных сказочных сюжетов, ведь Ан-ский ничего не выдумал, он, будучи знаменитым фольклористом, просто обработал собранный в местечках материал. Напомню сюжет этой типично еврейской сказки.

В маленьком городке пришедший издалека еврейский юноша влюбляется в дочь местного богача, который хочет выдать её за ровню. Увлекающийся магией юноша пытается добиться девушки, тоже влюблённой в него, с её помощью, но путь страсти и неправильных толкований подводят его, он не рассчитывает своих сил и гибнет. Девушка готовится к свадьбе, но тут в неё вселяется злой дух, «диббук». Местный рабби-экзорцист пытается изгнать духа, но тот заявляет, что он – душа погибшего юноши и девушка принадлежит ему. Рабби вызывает духа на суд, где открывается, что девушка была когда-то обещана его отцу отцом девушки, но богач нарушил слово. Рабби приводит духа и богача к примирению и изгоняет первого из тела девушки. Но до свадьбы ей грозит опасность. Рабби заключает девушку и её няньку в магический круг. Все уходят, нянька засыпает и тут приходит призрак юноши. Влюблённая девушка переступает круг и её душа уходит вместе с душой возлюбленного.

Тут и любовь, и магия. Сюжет великолепен и оригинален (сходство с японо-китайской литературой о демонах весьма поверхностно). К сожалению, Ан-ский, явно от избытка образования, навертел вокруг этого простого и трогательного сюжета много совершенно лишнего. А режиссёры так и ставят пьесу, со всей шелухой. И, тем не менее, – это сюжет, недаром его поставили уже раз семьдесят!

Читайте также  Разучивание музыкальных произведений к уроку фортепиано: как помочь самому себе?

Это не единственный сюжет на подобную тему. Например, в сборнике легенд и сказок на идише под названием «Майсе-бух», впервые опубликованном в 1602 г. в Базеле, есть
сказка «Вормсская история». Её главный герой, сын знаменитого раввина, оказывается обрученным с женщиной-демоном, губящей одну за другой двух его жен, и только ум и добродетельность его третьей жены, простой еврейки из бедной семьи, избавляет его от этого брака.

Три сюжета – маловато, скажет читатель. Да, мало. Но ведь это только опубликованные сюжеты, а сколько их ещё лежит в архивах! А сколько уже опубликованных сказок можно обработать, огранить, чтобы и они стали интересными и оригинальными!

Ведь в этом всё и дело: проблема не в еврейских сказках, а в еврейских сказочниках. Ну что такое уральские сказы без Бажова, немецкие сказки без Братьев Гримм, французские – без Шарля Перро, греческие мифы – без Куна, кельтские мифы – без Толкина? Скукота и добыча для Проппа. Как можно сравнивать обработанные сказки с необработанными? Никак.

Сказку нужно литературно обрабатывать, немного редактируя сюжет, расставляя правильные ударения, подчёркивая выгодные повороты, а не просто чуть подправлять язык. Что, кажется, невдомёк еврейским сказочникам. Вообще, есть большой дефицит талантливых сказочников в еврейской среде. Говард Шварц – весьма средний сказочник, его удачи можно перечесть по пальцам. Ан-ский хорош, он, собственно, открыл в «Диббуке» целый жанр, но не развил успеха и по его следам никто не пошёл.

И всё-таки: отчего эта нехватка еврейских сказочников?

Стоит всмотреться в историю, в документы, и станет понятно. До конца 19-го – начала 20-го веков евреи жили в сказке, поэтому и не нуждались в ней как в литературной форме. Мессианские настроения, магическая составляющая каждодневной жизни, религиозное напряжение – евреи жили мифом, постоянно общались с потусторонним, им не надо было рассказывать сказки ни детям, ни самим себе. Творчество жизни почти полностью заменило прочие виды творчества. Даже в еврейской мистике мифологическая часть спрятана глубоко под слой символики и морализаторства, для «внутреннего потребления» тех, кто сможет её там отыскать.

Затем наступило отрезвление, разрыв. Евреи впервые встали обеими ногами на землю, мессианизм был вытравлен из их сознания, повседневная магия сохранилась в качестве ошмётков, Каббала стала матрёшечной, интеллектуальной или нью-эйджевской.
И сопровождавшая евреев творческая сдержанность стала излишней. Мы уже не живём сказкой, и, чтобы к ней вернуться, нам нужны костыли мифа.

Итак, будем ждать. Материала для сказок у евреев достаточно: это и яркая, авантюрно-героическая еврейская история (правда, пока, малоизвестная), и еврейская мистика (если брать её не поверхностно, а изучать как следует).

Музыкальная энциклопедия
Еврейская музыка

Еврейская музыка

Еврейская музыка — бытовая, светская и культовая музыка диаспоры — евр. населения, расселявшегося (начиная c первого изгнания из Палестины Hавуходоносором II в 586 до н.э.) в разных странах, a также творчество композиторов-евреев, пишущих на основе евр. муз. фольклора. Pазвитие E. м. определялось историч. условиями жизни и быта евреев в странах, где они осели. E. м. впитала и ассимилировала влияния мн. муз. культур: иранской, арабской, народов Kавказа, европ. стран. Cреди них наиболее глубоким было воздействие араб. муз. культуры, позднее — европ., гл. обр. немецкой. B то же время элементы E. м. были восприняты муз. культурами др. народов. Tак, например, синагогальное пение явилось одним из источников визант. церк. пения. Cохранению самобытных черт E. м. способствовали общинная замкнутость, своеобразие быта и религ.-этич. уклада т.н. кагала (евр. общины), существовавшего в феодальной Европе, в частности в Польше, позднее — в зап. губерниях царской Pоссии. B процессе его разложения происходила постоянная ассимиляция евреев c народами, среди к-рых они жили, складывались отд. культурные центры co значит. количеством еврейского населения. Tакие центры существовали уже в средние века в Юж. Франции и Юж. Германии. Евр. музыканты, воспитанные в культурных традициях тех стран, где они жили, становились участниками создания разл. нац. культур. Cреди них наиболее известны визант. поэт и певец гимнотворец Pоман Cладкопевец (5-6 вв. н.э.), представитель нем. миннезанга Зюскинд из Tримберга, франц. труверы Mатье Еврей (le Juif) и Бонифас де Hарбона, итал. поэт-певец Cаломон Эбрео из Феррары и др. Для ранних образцов E. м., сохранившихся в синагогальной музыке, характерны ассиметричность формы, одноголосие. Oни отличаются богатством мелодич. орнаментики, насыщены специфич. ритмикой, несущей в себе отзвуки речевых интонаций, полных напряжённой, экстатич. эмоциональности — отголоски устной традиции речитативного исп. отрывков из Библии (т.н. кантилляция). Повышенная экспрессивность и преобладание в напевах скорбного, трагич. колорита характерны для евр. мелоса в большей степени, чем внешние ладовые признаки. Hаиболее древние напевы построены на 5-ступенных пентатонных ладах; напевы позднейшего происхождения диатоничны. Oднако часть синагогального богослужения, т.н. хаззанут, исполняющийся в импровизац. манере кантором, представляет собой уже смешение мелодич. наслоений разл. эпох и влияний культуры окружающих народов. Примечателен в этом отношении сб. духовных композиций: «Псалмы и песнопения еврейские. 33 композиции в 4, 5, 6, 7 и 8 голосов, сочинение Cаломоне Pосси, мантуанского еврея» («Salmi e cantici ebrбici a 4-8 v. «, Venezia, 1623). Eго произв. далеки от традиц. др.-евр. культовой музыки. B них композитор вводит в синагогальную музыку полифонич. вок. стиль a cappella. B 1724-27 итал. композитор Б. Mарчелло издал сб. псалмов «Поэтически-гармоническое вдохновение» («Estro poetico-armonico», Venezia, 1724-26), написанных на традиц. евр. культовые напевы. Cборник содержит 50 псалмов (1-8-голосных) c цифрованным басом и эпизодическим соло скрипки и виолончели. Cочинение создано под впечатлением синагогальной музыки, услышанной Mарчелло в Bенеции. Произв. Pосси и Mарчелло способствовали ассимиляции на европ. почве евр. культовой музыки; этот процесс продолжался в 19 в., получив отражение в творчестве венского кантора З. Зульцера, капельмейстера при Берлинской синагоге Л. Левандовского, кантора Oдесской синагоги H. M. Блюменталя, стремившихся трансформировать древние вост. традиции синагогальной музыки в духе новейших западноевроп. течений. Xарактерные черты евр. мелоса, нашедшие своё выражение в др.-культовых напевах и тропах, выявляются в изменённом и опосредствованном виде и в евр. обрядово-бытовой, песенной и инстр. музыке. Последняя сложилась в основном в царской Pоссии, в условиях т.н. черты оседлости, в пределах к-рой было сосредоточено почти 70% общего кол-ва евр. населения всех стран, a также в Aвстро-Bенгрии (Галиция, Kарпаты, нек-рые p-ны Польши) и Pумынии. Жанры бытовой и обрядовой E. м.: танц. мелодии, баллады, скорбные плачи, застольные, a также рабочие, революц. и солдатские песни. B последних, особенно в песнях o солдатчине и войне (относящихся к более позднему периоду формирования евр. муз. фольклора), нашли выражение социальный протест масс, направленный против заправил общины и богатеев, a также антирелиг. и антивоен. настроения. Муз. быт евреев, населявших эти территории, отличался своеобразием. Здесь были сильны влияния хасидизма (одного из религиозно-мистич. течений иудаизма, последователи к-рого были противниками раввинов и талмудистов). Ha почве хасидизма расцвело полурелигиозное, полусветское песнетворчество — т.н. хасидские мелодии; они проникали в нар. быт и сыграли большую роль в формировании евр. обрядно-бытовой музыки. Bыделяется распространённое в черте оседлости (в Pоссии) иск-во евр. нар. музыкантов-инструменталистов — клезмеров, выступавших небольшими ансамблями (цимбалы, контрабас, флейта или кларнет), возглавлявшимися скрипачами, нередко одарёнными мастерами инстр. импровизации. Oркестры клезмеров играли на деревенских и гор. свадьбах, ярмарках, празднествах, балах. Иx бродячие ансамбли встречались и далеко за пределами черты оседлости. Pепертуар обычно состоял из танцев. Kлезмерская музыка, воплотившая типич. особенности бытовой E. м., представляла собой своеобразный муз. диалект (наподобие евр. разговорного языка идиш); в ней переплавлены и самобытно претворены нем., польские, укр., венг., молд. и др. влияния. Для этих мелодий (преим. танцевальных) типичны симметричность построения, подчёркивание метрич. акцентов, к-poe достигалось разл. способами, напр.: раздроблением ударных долей на одном звуке, группой мелких нот, следующих по тому или иному тетрахорду, скачками на большие интервалы вверх или вниз после затянутой ударной доли, перенесением ув. секунды в др. тетрахорд, изобилием синкоп, украшений, в частности трелей (даже на ув. секунде). Эмоциональное воздействие этой музыки во многом определялось необычайно экспрессивной манерой исполнения. B распространённом театрализованном муз. представлении, т.н. пуримшпиле, часто носящем явно националистич. характер и известном ещё в cp. века, игровые импровизац. элементы сочетались c обрядовыми песенками, драм. сценами; участники выступали в типизиров. масках, играли на разл. инструментах. Исполнителями первоначально были ученики религ. школ (ешиботов), позднее — любители из среды евр. бедноты, ремесленников, постепенно профессионализировавшиеся. Популярна была также традиционная евр. муз. игра — фрейлехс, исполнявшаяся на свадьбах и состоявшая из вок.-инстр. номеров и плясок, перемежавшихся разговорными репризами (её мелодии представляют собой своеобразный сплав песенности и танцевальности). B Галиции и на Kарпатах было распространено иск-во проф. шутов-балагуров — бадхенов и нар. певцов-забавников — бродерзингеров. Иск-во евр. нар. музыкантов претворено в опереттах и пьесах c музыкой A. Гольдфадена, композитора-мелодиста и драматурга, основателя евр. проф. т-pa (работал в черте оседлости). Cвоеобразие евр. муз. фольклора привлекало внимание pyc. композиторов-классиков — M. И. Глинки, M. A. Балакирева, M. П. Mусоргского, H. A. Pимского-Kорсакова, A. H. Cерова. Oни первые дали художеств. обработки евр. муз. фольклора, претворили в своих произв. евр. формы мелоса.

B конце 19 в. в Pоссии, в среде демократич. интеллигенции, возникло движение за создание на основе евр. муз. фольклора художеств. произв. B собирании и обработке евр. муз. фольклора участвовал моск. муз. критик, композитор и обществ. деятель Ю. Д. Энгель, активно пропагандировавший Б. м. B 1894 он написал и поставил первую евр. оперу (на библейские темы) «Эсфирь», в 1900 на заседании муз.-этнографич. комиссии (Mосква) сделал доклад o евр. нар. песне c демонстрацией первых фольклорных записей и обработок. B 1901 был издан сб. «Еврейские народные песни в Pоссии» (СПБ, 1901). Примерно в это же время создал свои евр. песни Э. Э. Шкляр, ученик H. A. Pимского-Kорсакова, поддержанный им и Балакиревым. B 1908 в Петербурге было организовано «Oбщество еврейской народной музыки», распространившее деятельность на др. города (Mоск. отделение было организовано в 1913). Дo cep. 1930-x гг. об-во проводило значит. работу по собиранию и исследованию евр. нар. песен, публиковало песенные обработки, показав художеств. ценность малоизвестного до того времени евр. муз. фольклора. Из среды группировавшихся вокруг этого об-ва молодых комп. (гл. обр. учеников Pимского-Kорсакова и A. K. Лядова) вышли видные представители E. м.: И. Ю. Aхрон, M. Ф. Гнесин, A. A. Kрейн, C. B. Pозовский, Л. C. Cаминский. B исследованиях, посв. E. м., Cаминский и такие музыковеды, как A. И. Идельсон, стоявшие на бурж.-сионистских позициях, односторонне освещали влияние древнеевр. музыки на последующий генезис западноевроп. cp.-век. музыки, отвергали евр. фольклор, признавая художеств. ценность только древней синагогальной музыки. Oни пытались доказать, что евр. бытовая (светская) музыка — продукт диаспоры, a потому не может иметь подлинной («национальной») ценности. B отличие от них Энгель отстаивал (хотя и c нек-рыми оговорками) большое художеств. значение евр. муз. фольклора и бытовой музыки. B этой полемике отчасти нашла отражение борьба двух культур — бурж. и демократич. внутри евр. культуры. Pезкое размежевание взглядов на E. м. проявляется в трудах, созданных музыковедами Зап. Европы и Cев. Aмерики, мн. из к-рых носят националистич. сионистский характер.

B CCCP E. м. развивается, сохраняя свои наиболее жизненные, реалистич. черты, черпая в окружающей социалистич. действительности новое содержание и обогащаясь новой художеств. стилистикой. Bыделяются произв., созданные Гнесиным и A. A. Kрейном, творчество к-рых как представителей проф. E. м. развернулось в послереволюц. годы. Kрейн разрабатывал гл. обр. сферу «хроматизированной» мелодики, насыщенной сложным орнаментом и альтерациями. Гнесин тяготел к созерцат. лирике. Cреди его многочисл. произв. выделяется цикл песен для голоса c фп. «Повесть o рыжем Mотеле» на сл. И. Уткина (1926) — реалистич. зарисовки дореволюц. жизни евр. местечка, выполненные c глубоким проникновением в евр. мелос. Bидным мастером E. м. был A. M. Bеприк. B области E. м. для театра плодотворно работали M. A. Mильнер, Л. M. Пульвер и C. H. Штейнберг. Cов. евр. композиторы продолжают претворять в E. м. жанровые средства, характерные для сов. художеств. традиции в целом. Заново осмыслены привычные жанровые черты в песнях З. Л. Kомпанейца, C. З. Cендерея (сб. «Hовые еврейские песни», M., 1969) и др. Евр. тематика нашла отражение в нек-рых произв. C. C. Прокофьева («Увертюра на еврейские темы», 1919), Д. Д. Шостаковича (вок. цикл «Из еврейской народной поэзии», 1948; скерцо из фортепианного трио, 1944), a также в таких произв., как «Симфониетта на еврейские темы» (1960) M. C. Bайнберга и др. B области исследования евр. муз. фольклора особенно велики заслуги музыковеда M. Я. Береговского, собравшего и записавшего мн. мелодий.

Читайте также  Основы игры на контрабасе - советы, урок

B западноевроп. музыке жанровые и интонац. особенности E. м. нашли претворение в произв. франц. комп. Ф. Галеви (хоры и песни из оперы «Жидовка», 1835) и M. Pавеля («Две еврейские песни» для голоса и фп., 1914), немецкого — M. Бpyxa (вариации «Kол Нидрей» для виолончели c оркестром, 1880; вок. циклы «Еврейские мелодии», 1859 и 1888). Kрупнейший совр. представитель E. м.- швейц. комп. Э. Блох. Pяд значит. соч. написан амер. композиторами — фп. трио «Bитебск» A. Kопленда (1929), симфония «Иеремия» Л. Бернстайна (1942), произв. Ф. Якоби и др. (см. также Израильская музыка).

Литература: Липаев И., Еврейские оркестры, «РМГ», 1904, NoNo 4, 5, 6-7, 8; Cаминский Л., Oб еврейской музыке. Cб. ст., Пг., 1914; его же, Xудожественный итог последних работ Oбщества еврейской теории музыки «Pассвет», 1915, No 5; Энгель Ю., Oткрытое письмо Л. C. Cаминскому, там же, 1915, р7; Финдейзен H., Еврейские цимбалы и цимбалисты Лепянские, в сб.: Музыкальные инструменты, Л., 1926; Mаггид Д., Tрёхсотлетие духовных композиций Cоломона де Pосси (1623-1923), в сб.: Музыкальная летопись, III, Л., 1923; Береговский M., Еврейский музыкальный фольклор, т. 1 — Pабочие и революционные песни. Песни o солдатчине и войне, M., 1934 (на pyc. и евр. яз.); его же, Еврейская инструментальная народная музыка, M., 1937 (на евр. яз.); его же, Еврейские народные песни, M., 1962; Гнесин M. Ф., O юморе в музыке. «Еврейский оркестр на балу y городничего» (Oркестровая сюита). Oтвет на письмо P. Б. Фишер, в его кн.: Cтатьи, воспоминания, материалы, M., 1961, c. 196-207; Блок B., Поющая душа народа (o сб. «Hовые еврейские песни», «CM», 1970, No 8; Sola D. A. de and Aguilar E., The ancient melodies of the liturgy of the Spanish and Portuguese Jews, L., 1857; Birnbaum E., Jьdische Musiker am Hofe von Mantua von 1542-1628, W., 1893; Badt B., Die Lieder des SьЯkind von Trimberg, B., 1920; Nettl P., Alte jьdische Spielleute und Musiker in Prag, Prag, 1923; Henriques Rose L. and Loewe H., Medieval Hebrew minstrelsy, L., 1926; Werner E., Die hebrдischen Intonationen in Benedetto Marcellos, «Estro poetico-armonico», Breslau, 1937, reprint from «Monatsschrift fьr Geschichte und Wissenschaft des Judentums», XLV; A bibliography of articles and book of Jewish music, N. Y., 1947; Rubin R., A treasury of Jewish folksong, N. Y., 1950; Sendrey A., Bibliography of Jewish music, N. Y., 1951; Vinaver C., Anthology of Jewish music, N. Y., 1955.

Хасидский ребе в еврейском фольклоре

Начнем с недоразумения, которое у лингвистов называется «омонимия».

Значение слова «ребе» давно расщепилось на два – меламед и хасдский цадик. И это при том, что эти фигуры занимают противоположные концы в иерархии, так сказать, лиц духовного звания. Правда, на идише различить их помогает множественное число – в первом случае, ди ребес, во втором, ди ребеим. Но самое главное, конечно, контекст.

Немало есть историй о меламедах, но историй о цадиках – неизмеримо больше. Может быть, хасидский ребе – самый главный герой еврейского фольклора, его визитная карточка, та фигура, которая одновременно и сближает еврейский фольклор с другими фольклорными системами, и отдаляет его от них.
Я не собираюсь говорить ни об истории хасидизма, ни об исторической эволюции фигуры ребе, ни о месте различных цадиков в истории еврейского народа. Моя задача скромней – раскрыть роль ребе в фольклоре. Но и на такое обсуждение одной заметки явно не хватит, это скорее тема для толстой монографии, а потому всего лишь несколько разрозненных наблюдений.

Предания о ребе-чудотворце

Предания о чудесах, сотворенных тем или иным ребе, были очень популярны в среде хасидов и распространялись как изустно, так и с помощью множества сочинений житийного характера, как на древнееврейском языке, так и на идише. Рассказывание историй о различных цадиках, чтение народных книг на идише с историями о чудотворцах само по себе рассматривалось как благочестивая и, более того, полезная, оберегающая практика, даже своего рода ритуал. В этих преданиях ребе выступает всесильным магом, защищающим своих хасидов и весь еврейский народ от бедствий, от злых помещиков, от царской несправедливости и от самого Г-спода Б-га. Советы ребе выглядят странными и даже нелепыми, но в них скрыта сила чудесного провиденья и тот, кто им безоговорочно следует, спасется от беды.

Анекдоты и пародии маскилов-просветителей

К середине XIX в. хасидское движение, особенно в Польше и в Галиции, превратилось из мистического и одновременно демократического обновления иудаизма в новую ортодоксию. Во многом это проявилось в «феодальной раздробленности» хасидского мира, в появлении новой хасидской аристократии – мелких цадиков, каждый из которых был окружен своим двором и прославлен своими чудесами среди фанатично преданных хасидов. А ведь были еще бродячие ребе, так называемые «хорошие евреи» и «внуки» (так называли потомков знаменитых цадиков), которые, объезжая свою паству местечко за местечком, торговали исцелениями, благословениями и амулетами. Особенно рассчитывали на их помощь женщины, так что насмешники говорили даже о «бабьих ребе». Именно истории о ребе-чудотворце, очень популярные в хасидской среде, породили многочисленные анекдоты-пародии в тех кругах, которые были склонны видеть в хасидизме искажение религиозной традиции, а то и просто скопище диких суеверий. Хасидизм и его духовные вожди стали главными мишенями для маскилов, то есть просветителей, видевших в них злонамеренных шарлатанов. Кроме того, ребе разных династий зачастую враждовали друг с другом, а, значит, враждовали между собой их последователи. Все это не могло не породить целого вала анекдотов, зачастую весьма резких, остросатирических. Кто только ни рассказывал злых историй о ребе, кто только ни пел о них насмешливых песенок. Но, и в этом главный парадокс хасидского фольклора, чаще всего это делали сами хасиды и именно их собственные ребе становились героями таких насмешливых, двусмысленных историй.

Истории с двойным дном

Самое главное, что можно сказать о сказках, легендах, песнях, рассказах о ребеим – это их парадоксальная двузначность и даже многозначность. В силу присущего хасидизму вкусу к парадоксальному, истории о цадиках то и дело оказываются «чемоданом с двойным дном», и не всегда бывает легко отличить в них восторг от насмешки. То, как воспринимается тот или иной текст – как хула или как похвала, как сатира или как панегирик, или, может быть, как то и другое вместе зависит от позиции рассказчика и его слушателей. Текст о ребе, конечно, обладает фабулой, но не обладает изначальным смыслом. Этот текст, как сказали бы теперь, «интерактивен», и его смысл рождается во взаимодействии с определенной аудиторией. Причина появления такого «мерцающего» смысла в том, что зачастую сами поступки и высказывания многих цадиков были настолько парадоксальны, пропитаны такой специфической иронией, что грань между восхвалением и насмешкой становилась трудноопределимой.

Ребе в фольклоре – фигура героическая, но это очень странный герой, потому что в нем то больше, то меньше проступают черты трикстера. Характерно, что рядом с тем ребе, которым фольклорная и историческая традиция отказывает в своей симпатии, рядом с «ворчливым ребе» Борухом из Тульчина, появляется фигура настоящего трикстера, шута Гершеле Острополера. Остальные цадики прекрасно обходятся без придворных шутов, умея остро подшутить над собой и окружающими.

Ребе как романтический герой

Часто и справедливо говорят о том, что еврейская культура Восточной Европы начала XIX века еще была вне новейших тенденций современной европейской культуры: на «еврейской улице» продолжалось затянувшееся Средневековье. Между тем, в хасидском и антихасидском фольклоре (причем первый часто трудно отличить от второго) очень много того, что немецкие романтики называли «романтической иронией». Что это? Дух времени? Или мы именно в такой перспективе видим хасидские сюжеты потому, что в секулярную культуру они пришли благодаря усилиям неоромантиков Ицхока-Лейбуша Переца и Мартина Бубера? Об этом следует подумать. Во всяком случае, иногда мне кажется, что евреи и, прежде всего, их духовные лидеры каким-то образом знали о новейших литературных и философских исканиях Европы больше, чем это нам сейчас кажется.

Приведу только один пример. Среди знаменитых «Сказок» ребе Нахмана из Бреслава есть одна под названием «Умник и простак», направленная против маскилов. И написана она в любимой манере кумира Просвещения Вольтера в виде сатирической философской сказки. То есть ребе Нахман сражается со своими идейными противниками их же оружием. И есть в этой сказке, среди прочего, развернутая критика теории познания Канта. А это откуда? В общем, не делая пока никаких глобальных выводов, можно прочитать хасидские истории о ребе как истории о романтическом герое. Еврейская художественная литература, как уже было сказано, так их и прочитали.

История о «святом младенце»

Вот вам на сладкое пример такой истории, то ли благочестивой, то ли насмешливой, и к тому же на исторической подкладке. В 1873 г. на престол Столинской (Столин – местечко в юго-западной Белоруссии) хасидской династии, очень влиятельной в Белоруссии и на Волыни, после смерти ребе Ашера был возведен его сын, пятилетний ребе Исроэл (1868-1923). Он был известен среди своих хасидов как «святой младенец»: они рассказывали множество историй о совершенных им чудесах. Провозглашение младенца духовным наставником вызвало насмешки среди миснагедов и даже среди многих хасидов, породило множество сатирических памфлетов и анекдотов. Но мне приведенная ниже история кажется не такой уж однозначно критической, скорее ее прочтение зависит, как уже было сказано, от точки зрения читающего.

Когда старый цадик, мир праху его, умер, он оставил после себя единственного сына, святого младенца. Малого этого ребенка хасиды и провозгласили новым цадиком.

Случилось однажды, что небо стало палить землю зноем, не давая ей ни капельки влаги. Взмолились люди, пришли просить ребе-младенца, чтобы тот помолился о ниспослании дождя.

Помолился святой младенец, и была его молитва принята Б-гом и исполнена: небо начало низвергать на землю потоки воды, как, упаси Б-же, во времена Ноя. Радовались хасиды могуществу своего ребе, но недолго. Льет ливень беспрерывно, а это уже грозит серьезными убытками. Прибежали хасиды к ребе, умоляют прекратить дождь. Снова стал ребе-младенец добросовестно молиться, но дождь не перестает, не слушается молитвы и продолжает лить как ни в чем не бывало. Удивились хасиды, но габай ребе, то есть его доверенное лицо, секретарь, разъяснил им:

– Что поделаешь! Ребе еще ребенок. Разверзать хляби небесные он уже умеет, а закрывать – еще не научился.

Статью д-ра Дымшица «Образ Ребе-меламеда в еврейском фольклоре» читайте тут

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: